Инструменты пользователя


Различия

Здесь показаны различия между выбранной ревизией и текущей версией данной страницы.

Ссылка на это сравнение

fairy_morality [2013/05/15 23:53]
Stepan Pechkin
fairy_morality [2018/12/27 01:19] (текущий)
Строка 1: Строка 1:
 ====== Эльфийская нравственность ====== ====== Эльфийская нравственность ======
  
-Везде, где существовали поверья об эльфах, существовало разделение на эльфов добрых и злых, хороших и плохих, [[Seelie_Court|Честной Двор]] и [[Unseelie_Court|Нечестной Двор]], как это называется в Шотландии, или на [[Hosts|Хозяев]] и эльфов, как в Шотландских горах. Старый волынщик с Барры, разговор с которым Эванс Вентц записал в [[biblio#&quot;Вере в эльфов в кельтских странах&quot;|"Вере в эльфов в кельтских странах"]] (стр. 106) обозначает различие между ними следующим образом:+&lt;html&gt;<span class="item-orig">Fairy Morality</span></html>
  
-> Обычно, – сказал он, – хозяева – это злые, а эльфы – хорошие, хотя я слыхал, что эльфы //берут// скот и оставляют вместо него своих стариков, завернутых в коровьи шкуры... Я видел людей, которых хозяева носили по воздуху. Их заносила от Южного Уиста на юг до самого мыса Барра и на север до Гарриса. Иногда хозяева приказывали этим людям убивать людей на дорогах, а те убивали лошадь или корову; воля хозяев все равно считалась исполненной, если убить живое существо.+Везде, где существовали поверья об эльфах, существовало разделение на эльфов добрых и злых, хороших и плохих, [[Seelie_Court|Честной Двор]] и [[Unseelie_Court|Нечестной Двор]], как это называется в Шотландии, или на [[host|нечисть]] и эльфов, как в Шотландских горах. Старый волынщик с Барры, разговор с которым Эванс Вентц записал в [[biblio#Fairy Faith in Celtic Countries|"Вере в эльфов в кельтских странах"]] (стр. 106) обозначает различие между ними следующим образом: 
 + 
 +> Обычно, – сказал он, – Хозяева – они злые, а эльфы – хорошие, хотя я слыхал, что эльфы //берут// скот и оставляют вместо него своих стариков, завернутых в коровьи шкуры... Я знавал людей, которых Хозяева носили по воздуху. Их заносило от Южного Уиста на юг до самого мыса Барра и на север до Гарриса. Иногда Хозяева приказывали этим людям убивать людей на дорогах, а те убивали лошадь или корову; воля Хозяев все равно считалась исполненной, если убить живое существо.
  
 Этот обычай, описываемый довольно часто, является частью зависимости эльфов от людей. В дальнейшем будет показано, что и "добрые эльфы" не гнушаются воровать скот у смертных. Этот обычай, описываемый довольно часто, является частью зависимости эльфов от людей. В дальнейшем будет показано, что и "добрые эльфы" не гнушаются воровать скот у смертных.
  
-В Англии наблюдается та же картина, хотя и выражается она более непосредственно. В [[biblio#"Фольклоре Херфордшира"|"Фольклоре Херфордшира"]] Лезер, например, экономка из Понтрилас-Корт пересказывает поверья старушки Мэри Филлипс:+В Англии наблюдается та же картина, хотя и выражается она более непосредственно. Например, в [[biblio#Folk-Lore of Herefordshire|"Фольклоре Херфордшира"]] Лезер экономка из Понтрилас-Корт пересказывает, во что верила Мэри Филлипс в дни ее юности:
  
-> Она требовала, чтобы мы старались не обидеть злых старых эльфов, а не то они замучают нас до смерти. Они всегда водились вместе с хорошими светлыми эльфами, которые одевались в белые одежды, носили в руках волшебные палочки, а в в волосах – цветы.+> Она требовала, чтобы мы старались не обидеть злых старых эльфов, а не то они замучают нас до смерти. Они всегда водились вместе с добрыми светлыми феями, которые одевались в белые одежды, носили в руках волшебные палочки, а в в волосах – цветы.
  
-В целом о добрых эльфах можно сказать, что они придерживаются девиза "Что твое, то мое, а что мое – то не тронь", по крайней мере в том, что касается людей (см. [[Fairy_Thefts|Эльфийское воровство]]). Более скрупулезны они в счетах между собой. В [[biblio#"Шетландской традиции"|"Шетландской традиции"]] Джесси Сэксби рассказывается история о мальчике-[[Trow|троу]], повинном в краже у троу:+В целом о добрых эльфах можно сказать, что по крайней мере в отношении людей они придерживаются девиза "Что твое, то мое, а что мое – то не тронь" (см. [[Fairy_Thefts|Эльфийские кражи]]). Более скрупулезны они в счетах между собой. В [[biblio#Shetland Traditional Lore|"Шетландских традициях"]] (гл. 10) Джесси Сэксби рассказывается история о мальчике-[[Trow|троу]], повинном в краже у троу:
  
 > Говорят, что в болотах Ваалафиля, "Малых Вод" и близ ручья, что петляет из Хельяуотера в Лох Уотли, видели порою мальчика. Все время он был одет в серое и горько плакал. Его историю передала мне женщина из Уйесаунда, сказавшая, что это "святая правда". Я пересказываю ее, насколько сама помню. > Говорят, что в болотах Ваалафиля, "Малых Вод" и близ ручья, что петляет из Хельяуотера в Лох Уотли, видели порою мальчика. Все время он был одет в серое и горько плакал. Его историю передала мне женщина из Уйесаунда, сказавшая, что это "святая правда". Я пересказываю ее, насколько сама помню.
Строка 17: Строка 19:
 > "Честность у троу не в чести. Они пятят все, что ни найдут. Но никогда-никогда они не возьмут друг у друга ни былинки! Хуже этого для них и быть ничего не может. Они жуть как жадны до серебра, и как-то раз ихний мальчишка спер серебряную ложку у Конгл-Троу. Его выгнали из Троуланда в тот же миг, и теперь он обречен //вечно// бродить по диким местам острова. Только раз в году – на Святки – ему разрешено навещать Троуланд; там ему дают погрызть яичных скорлупок, что остались после пира, а потом – затрещину по ушам и пинок под зад. Так он вечно и бродит, бедолага. Но так и //должно быть//, потому что таков их закон!" > "Честность у троу не в чести. Они пятят все, что ни найдут. Но никогда-никогда они не возьмут друг у друга ни былинки! Хуже этого для них и быть ничего не может. Они жуть как жадны до серебра, и как-то раз ихний мальчишка спер серебряную ложку у Конгл-Троу. Его выгнали из Троуланда в тот же миг, и теперь он обречен //вечно// бродить по диким местам острова. Только раз в году – на Святки – ему разрешено навещать Троуланд; там ему дают погрызть яичных скорлупок, что остались после пира, а потом – затрещину по ушам и пинок под зад. Так он вечно и бродит, бедолага. Но так и //должно быть//, потому что таков их закон!"
  
-Здесь, как мы видим, действует чрезвычайно строгая мораль, напоминающая эльфов [[Elidor_And_The_Golden_Ball|Элидора]]; и еще большую строгость выказывают [[Plant_Rhys_Dwfen|Плант Рис Дуфин]], эльфы, населяющие невидимый остров у побережья Кардиганшира. Описание этого народа можно найти в [[biblio#"Кельтском фольклоре"|"Кельтском фольклоре"]] Джона Риса (стр. 158-60). Они были великими торговцами, и на их маленьком острове собирались сокровища со всего света. Некогда они были весьма дружны с неким Груффидом аб Эйноном и взяли его к себе домой, где показывали ему свои богатства и отпустили на берег, щедро одарив. Перед тем, как расстаться со своими друзьями, Груффид спросил, как же они защищают свой остров: одних колдовских трав, что растут на нем, явно недостаточно. "Ведь наверняка," – сказал он, – "среди вас же самих может появиться предатель, который наведет врагов на ваш остров." – "Предатели не могут появиться на нашей земле," – был ему ответ. И рассказчик (цитируемый по [[biblio#"Бритону"|"Бритону"]] (т. I)) продолжает:+Здесь, как мы видим, действует чрезвычайно строгая мораль, напоминающая эльфов [[elidor and the golden ball|Элидора]]; и еще большую строгость выказывают [[Plant_Rhys_Dwfen|Плант Рис Дувен]], эльфы, населяющие невидимый остров у побережья Кардиганшира. Описание этого народа можно найти в [[biblio#Celtic Folklore|"Кельтском фольклоре"]] Джона Риса (стр. 158-60). 
  
-> "Рис, основатель нашего рода, завещал нам всемдо самых дальних потомков, чтить наших родителей и предков; любить своих жен, не заглядываясь на жену соседа; и отдавать все лучшее своим детям и внукамИ он сказал, что пока мы будем жить так, ни один из нас не изменит другому и не станет, как вы это называете, предателем. Нам и вообразить трудно, что это за существоизображают его с ногами, как у осла, в животе – гнездо змей, головакак у черта, а руки похожи на человеческие, но в одной руке – нож, а вокруг лежат перебитые члены его семьи. Прощай!" – Груффид обернулсяно уже не увидел страны //Плант Рис//: он стоял неподалеку от собственного своего дома.+Эти эльфы были великими торговцамии на их маленьком острове собирались сокровища со всего света. Некогда они были весьма дружны с неким Груффидом аб Эйноном и взяли его к себе домой, где показали ему свои богатства и отпустили на берег, щедро одарив. Перед тем, как расстаться со своими друзьямиГруффид спросил, как же они защищают свой остров: одних колдовских трав, что растут на нем, явно недостаточно
  
-Валлийским эльфам, похоже, свойственен необычайно возвышенный характер. Как правило, от добрых эльфов люди не ожидали много большего, чем общая готовность помочь и честность в сделках; то есть, возврат [[Fairy_Borrowing|одолженного]], благодарность за проявленную доброту, покровительство, оказываемое истинной любви, любовь к музыке и [[Dances|танцам]] и общее сочувствие плодородию, [[Neatness|чистоте]], порядку и красоте.+"Ведь наверняка," – сказал он, – "среди вас же самих может появиться предатель, который наведет врагов на ваш остров."  
 + 
 +"Предатели не могут появиться на нашей земле," – был ему ответ. И рассказчик (цит. по <html><span class="book" title="Brython">"Бритт"</span></html>, т. I) продолжает: 
 + 
 +> "Рис, основатель нашего рода, завещал нам всем, до самых дальних потомков, чтить родителей и предков; любить своих жен, не заглядываясь на жену соседа; и отдавать все лучшее своим детям и внукам. И он сказал, что пока мы будем жить так, ни один из нас не изменит другому и не станет, как вы это называете, предателем. Нам и вообразить трудно, что это за существо: изображают его с ногами, как у осла, в животе – гнездо змей, голова, как у черта, а руки похожи на человеческие, но в одной руке – нож, а вокруг лежат перебитые члены его семьи. Прощай!" – Груффид обернулся, но уже не увидел страны //Плант Рис//: он стоял неподалеку от собственного своего дома. 
 + 
 +Валлийским эльфам, похоже, свойственен необычайно возвышенный характер. Как правило, от добрых эльфов люди не ожидали много большего, чем общая готовность помочь и честность в сделках; то есть, возврат [[Fairy_Borrowing|одолженного]], благодарность за проявленную доброту, покровительство, оказываемое истинной любви, любовь к музыке и [[dancing|танцам]] и общее сочувствие плодородию, [[Neatness|чистоплотности]], порядку и красоте.
  
 Даже злые эльфы никогда не лгут; они всего лишь хитрят. Даже злые эльфы никогда не лгут; они всего лишь хитрят.
  
-Доброжелательность эльфов, правда, иногда оказывается несколько неуместной, как доброжелательность дикаря, имеющего свой собственный моральный кодекс. Они могут, например, проучить кого-нибудь в размере, совершенно непропорциональном проступку, или обогатить кого-либо за счет его соседа. Это можно проиллюстрировать сказкой "Эльфийская молотьба", которую можно найти в [[biblio#"Девонских традициях и волшебных сказках"|"Девонских традициях и волшебных сказках"]] Дж.Р.У.Коксхеда. В этой сказке рассказывается о девонском фермере, в чьей риге обосновалась компания эльфов и принялась обмолачивать снопы, сложенные там. Фермер был весьма сведущ в эльфийском этикете и строго-настрого запретил своим людям подходить близко к риге, из которой слышался стук цепов. Вечером в одном углу риги нашли аккуратно сложенную кучу обмолоченного зерна, а в другом – солома. Фермер оставил работникам щедрый ужин из хлеба и сыра и закрыл дверь. То же повторялось и на следующий день, и дальше, и каждый день фермер оставлял в риге хлеба и сыра. Страннее всего было то, что даже когда на ферме кончились снопы, зерно не перестало появляться. Рассудили, что это зерно берется с какой-нибудь дальней фермы; время шло, и фермер, проявивший знание эльфийских порядков, изрядно разбогател на этом зерне. Перед ним встала диллема: с одной стороны, он чувствовал вину в том, что разбогател за чей-то счет; с другой стороны, он никак не мог обидеть доброжелательных, но весьма щепетильных покровителей; впрочем, в истории нет и следа каких-либо моральных затруднений со стороны фермера. В этом, вероятно, и кроется объяснение той амбивалентности, что присуща морали добрых эльфов. Сказки сочиняются тогда, когда мораль общества совпадает с моралью дикаря. Рассказчики не испытывают никаких неудобств в отношении частичной доброты или несоразмерного наказания, поскольку представления об отвлеченной нравственности им незнакомы.+Доброжелательность эльфов, правда, иногда оказывается несколько неуместной, как доброжелательность дикаря, движимого своими собственными моральными принципами, отличными от наших. Они могут, например, проучить кого-нибудь в размере, совершенно непропорциональном проступку, или обогатить кого-либо за счет его соседа. Пример можно найти в сказке "Эльфийская молотьба", которую можно найти в [[biblio#Devon Traditions and Fairy-Tales|"Девонских легендах и волшебных сказках"]] Дж.Р.У.Коксхеда. 
  
-<html><span class="motif">[Мотивы: D2066; F172.1; F365]</span></html>+В этой сказке рассказывается о девонском фермере, в чьей риге обосновалась компания эльфов и принялась обмолачивать снопы, сложенные там. Фермер был весьма сведущ в эльфийском этикете и строго-настрого запретил своим людям подходить близко к риге, из которой слышался стук цепов. Вечером в одном углу риги нашли аккуратно сложенную кучу обмолоченного зерна, а в другом – солома. Фермер оставил работникам щедрый ужин из хлеба и сыра и закрыл дверь. То же повторялось и на следующий день, и дальше, и каждый день фермер оставлял в риге хлеба и сыра
  
 +Но страннее всего было то, что даже когда на ферме кончились снопы, зерно не перестало появляться. Рассудили, что это зерно берется с какой-нибудь дальней фермы; время шло, и фермер, проявивший знание эльфийских порядков, изрядно разбогател на этом зерне. Перед ним встала диллема: с одной стороны, он понимал, что богатеет за чей-то чужой счет; с другой стороны, он никак не мог обидеть доброжелательных, но весьма щепетильных покровителей. Впрочем, в истории нет и следа каких-либо моральных затруднений со стороны фермера. 
  
 +В этом, вероятно, и кроется объяснение этой амбивалентности, присущей морали добрых эльфов. Сказки сочиняются в эпоху, когда мораль общества совпадает с моралью дикаря. Рассказчики не испытывают никаких неудобств в отношении частичной доброты или несоразмерного наказания, поскольку идеи отвлеченной нравственности им незнакомы.
 +
 +<html><span class="motif">[Мотивы: D2066; F172.1; F365]</span></html>