Эльфийская пища

Fairy Food

Существует множество мнений о том, чем питаются эльфы. Маленькие и простые эльфы, как те, что в ворстерширской сказке о сломанном совочке и ее вариантах, пекут маленькие и превосходные на вкус пироги, которые они дарят тем, кто им помогает. Те эльфы, о которых рассказывают сказки про эльфийское одалживание, по слухам, часто выпрашивают взаймы зерно, и всегда честно возвращают занятое. Дж.Г.Кэмпбелл в "Суевериях горной и островной Шотландии" утверждает, что они часто одалживаются у крестьян овсом и возвращают вдвое, но всегда только ячменем, потому, должно быть, что ячмень – их зерно.

Эльфы также крадут из человеческой пищи ее питательную ценность, оставляя лишь бесполезную субстанцию. Кирк говорит, что эльфы крадут "фойсон" человеческой пищи, а Кэмпбелл использует шотландское слово toradh. Сказка об "Таксмане из Охриахана" отражает эту черту. Без этого их пища, хотя из-за чар она и кажется богатой и изящно приготовленной, состоит из травы и листьев. Святой Коллен в истории о Св. Коллене и короле эльфов, заявляет на эльфийском пиру, что не ест «листья с деревьев.» По Кэмпбеллу (стр. 21), на таком пиру подают бришгейн (т.е., корешки калгана), побеги вереска, молоко красных ланей и коз и ячменную похлебку.

Маленький эльфийский король у Геррика вкушает на пиру яства, подобающие его росту, но не столь аппетитные для простых смертных.

A little mushroome table spred,
After short prayers, they set on bread;
A Moon-parcht grain of purest wheat,
With some small glit'ring gritt, to eate
His choyce bitts with; then in a trice
They make a feast lesse great then nice.
And now, we must imagine first,
The Elves present to quench his thirst
A pure seed-Pearle of Infant dew,
Brought and besweetned in a blew
And pregnant violet; which done,
His kitling eyes begin to runne
Quite through the table, where he spies
The hornes of paperie Butterflies,
Of which he eates, and tastes a little
Of that we call the Cuckoes spittle.
A little Fuz-ball-pudding stands
By, yet not blessed by his hands,
That was to coorse; but then forthwith
He ventuers boldly on the pith
Of sugred Rush, and eates the sagge
And well bestrutted Bees sweet bagge:
Gladding his pallat with some store
Of Emits eggs; what wo’d he more?
But Beards of Mice, a Newt's stew'd thigh,
A bloated Earewig, and a Flie;
With the Red-capt worme, that's shut
Within the concave of a Nut,
Browne as his Tooth. A little Moth,
Late fatned in a piece of cloth:
With withered cherries; Mandrakes eares;
Moles eyes; to these, the slain-Stags teares:
The unctuous dewlaps of a Snaile;
The broke-heart of a Nightingale
Ore-come in musicke; with a wine,
Ne're ravisht from the flattering Vine,
But gently prest from the soft side
Of the most sweet and dainty Bride,
Brought in a dainty daizie, which
He fully quaffs up to bewitch
His blood to height; this done, commended
Grace by his Priest; The feast is ended.

Сомнительно, чтобы такая диета имела какую-либо связь с народной традицией. Скорее, она целиком является плодом воображения самого Геррика.

В одной из мрачных сказок леди Уайльд вместо богатого пиршества при эльфийском дворе гость-человек видет тело старой яги.

Мы совершенно уверены, что вся пища, подаваемая в Волшебной Стране, была приготовлена с помощью чар и обильно приправлена чарами.

[Мотивы: F243; F243.1]