Эльфы-иммигранты в Америке

American Fairy Immigrants

Существует как минимум два типа эльфов-иммигрантов из Старого Света в Новый. Один – это прямолинейная история по типу старого фильма "Призрак отправляется на Запад" об эльфе-одиночке, который следует за своими людьми; и существуют также эльфийские поверья, которые принесены иммигрантами-людьми. Можно только присовокупить, что Маленький Народец индейцев пассамакводди появился из традиций иезуитских миссионеров XVII в., и по этой причине они были включены в эту книгу.

В английских сказках о странствующих эльфах территория их странствий обычно ограничена. В самой известной из таких сказок – «Ага, Джордж, переезжаем» – боггарт, который вел себя так, что семья решила переехать, чтобы убраться от него, просто забрался в горшок, чтобы его перенесли на телегу вместе с остальной утварью. В шропширской сказке «Солонка» гоблины последовали за семьей своим ходом, неся с собой забытую солонку. В этой сказке люди избавились от гоблинов, но чрезвычайно варварским и аморальным способом. В устной передачи вариантов историй о привидениях, семья в ночь перед переездом из Срединных Земель на Север Англии слышала, как на чердаке и в подвале привидения собирают вещи – и привидения переехали вместе с ними. Однако, по-настоящему предприимчивы кельтские духи; они, очевидно, не боятся пересекать океан. В 1967 Рут Тонг записала от члена Женского Института Комб-Флори историю Вестморлендской традиции ее семьи про Тома Ракушкина, домашнего духа, который переехал с ее семьей, или даже раньше ее, из Ирландии на Озера. Впрочем, пересечь Атлантику вслед за своими протеже гораздо чаще решаются шотландские духи. Очень показательный пример такого предприимчивого духа можно найти в "Народных сказках запада Горной Шотландии" Дж.Ф.Кэмпбелла (том II, стр. 103). Герой этого рассказа – Бохан, принадлежащий к тому же классу, что и низовые шотландские брауни.

Иногда ввозятся эльфийские поверья, а иногда – сказки. В 1930-х доктор Мэри Кэмпбелл собрала замечательную коллекцию эльфийских легенд обоих типов в Аппалачских горах. Сейчас она готовит их к публикации, и вскоре они выйдут в свет. Те, на которые ссылаюсь я, были собраны от двух рассказчиков: Тома Филдса, почтальона и мельника, и Крэнни Кодилл, прикованной к постели пожилой леди, обладающей очень живым умом. В историях обоих рассказчиков отчетливо прослеживается шотландская струя. Первая касается веры в эльфийскую стрелку. Эльфийская стрелка в этой истории – не доисторический наконечник стрелы, но маленькая кремневая игла, какими пользовались индейцы для охоты на птиц и для игры. Возвращаясь в сумерках домой, Том Филдс увидел маленькую рыжеволосую эльфийку, ростом не выше ребенка, и нескольких других, танцевавших чуть поодаль. Чтобы присоединиться к ним, эльфийке надо было пробежать мимо Тома; что-то просвистело у Тома над ухом, и его лошадь охромела. Том отвел лошадь домой, а на следующий день вернулся на то место и искал там, пока не нашел наконечник стрелы, и с тех пор эльфийские чары не властны над ним, хотя иногда он слышал их пение. Такова была его история, и она в точности соответствует шотландским поверьям об эльфийских стрелках и эффективности эльфийской стрелки против дальнейших обстрелов.

Следующая история тоже принадлежит Тому Филдсу. Сказка о подменыше встречается в самых разных местах и временах, но данная особая форма, в которую она облечена, наиболее часта в Шотландии. В этих сказках герой – бродячий портной, что заставляет нас предположить, что он также был и рассказчиком, поскольку в обычной традиции портной – не героический персонаж. Эта версия истории рассказывается не издалека, а как происшествие, случившееся здесь же, и Том Филдс услышал ее в детстве. Портной здесь стал вышивальщицей, потому что в Америке именно вышивальщицы, а не портные, ходили из дома в дом, что делает такое превращение совершенно естественным. К этой истории есть также две близких параллели, обе шотландские. Одна – из Кэмпбелла (ibid., стр. 68), хотя на самом деле это голуэйская сказка; а другая, «Портняжка из Кинталена» – из "Английских мифов и традиций" Бетта. «Портняжка и эльф» начинается точно так же, как версия Тома Филдса, с украденного ребенка, который впоследствии был передан смертному, а «Портняжка из Кинталена» точно так же заканчивается тем, что подменыша бросают в глубокий омут, и тот превращается в старика. Так или иначе, сходства эти поразительны.

Крэнни Кодилл знает, что ее истории – путешественники. Первая – это пересказ легенды о знаменитых шотландских волынщиках МакКриммонах, которые, как считалось, своим талантом обязаны эльфийскому дару. Это разновидность истории о Золушке, в которой к нелюбимому младшему сыну, оставленному в доме делать уборку, является эльф, который дарит ему волшебную трубку от волынки и учит пользоваться ею. Фамилия МакКриммон в пересказе потерялась, но суть сказки остается. Эту сказку до сих пор рассказывают в Шотландии, и Хэмиш Хэндерсон записал ее от одного из странников. Существует несколько записанных версий этой сказки.

Другая сказка, рассказанная Крэнни Кодилл – история о пленниках Волшебной Страны. Она – о девушке, которую музыка зазвала в эльфийский холм, где та танцевала всю ночь. Утром она захотела уйти, но ей было сказано, что уйти она не сможет, пока не испечет пирог в корзине. Муки, казалось, было немного, но она никак не кончалась и не кончалась, пока старуха, которая уже много лет жила пленницей в эльфийском холме, не раскрыла ей секрет, как сделать так, чтобы запас муки иссяк. Помощь от человека-пленника – частый мотив многих визитов в Волшебную Страну, английских и шотландских. Герой, обреченный на бесконечную стряпню встречается в нескольких шотландских историях о повитухе для эльфов. Зачастую в них пациент – пленная невеста – рассказывает повивальной бабке, как закончить работу.

Удивительно, как этот невесомый багаж, привезенный из-за океана сто и больше лет назад, сохраняет свое качество и аромат.

[Мотивы: D2066; F262.2; F321; F321.1.1.2; F321.1.4.1]